Чтобы доказать наличие выбора, мы рассмотрим историю Виктора Франкла – австрийского психиатра, психолога и невролога и бывшего узника четырех нацистских концентрационных лагерей. Франкл разработал концепцию "логотерапии", подхода к психотерапии, который подчеркивает поиск смысла и ценностей в жизни как основного стимула для преодоления трудностей и достижения психологической гармонии. Его исследования глубоко раскрыли человеческую природу и способствовали развитию психологической помощи людям, пережившим травматические события.

Один из центральных взглядов Франкла состоит в том, что человек может обрести смысл жизни даже в тяжелых условиях, если он найдет свои собственные ценности и цели. Он пережил на своем собственном опыте, как выжив в концентрационных лагерях Холокоста, что нахождение смысла в наиболее сложных обстоятельствах может помочь человеку преодолеть какие-либо трудности.

В своей книге Доктор Франкл описывает тяготы, с которыми ему пришлось столкнуться в лагерях, о своем отношении к ним, и о том, как он справлялся с ними. Он вместе с другими врачами пытался помочь людям найти точку опоры, обрести смысл жизни, за что они могли бы держаться. Он утверждает, что выживали только те, кто делал выбор в сторону жизни, находил для нее смысл, ставил себе правильные наставления.

Любая попытка снова поднять дух людей в концлагере предполагала, что нам удастся направить их на какую-то цель в будущем. Тот же, кто уже не мог больше верить в будущее, в свое будущее был потерян. Вместе с будущим он терял и духовный стержень, внутренне ломался и деградировал как телесно, так и душевно... Однако мужество жить или соответственно усталость от жизни проявлялись каждый раз зависящими только от того, имел ли человек веру в смысл жизни, его жизни. Девизом всей психотерапевтической работы в концлагере могли бы служить слова Ницше: "У кого есть ЗАЧЕМ жить, может вынести почти любое КАК"

Он рассказывает о том, что установки настолько сильны, что они способны как спасти, так и погубить людей. К примеру, одному заключенному приснилось, что война закончится 30 марта 1945 года. При приближении этой даты становилось ясно, что война не собиралась кончаться. 29 марта он упал в бреду и лихорадке, 30 марта он потерял сознание, 31 марта он умер от сыпного тифа. Для него война закончилась 30 марта, когда он потерял сознание.

Еще один пример такого случая, но более масштабный, который приводит доктор Франкл в своей книге.

Многие заключённые в одном из лагерей решили, что война закончится к концу 1944 года и на Рождество они будут дома. Когда пришло Рождество, стало ясно, что ничего подобного не произойдет. И через неделю между Рождеством и Новым Годом умерло большое количество заключенных, причем для этого не было никаких оснований. Не было ухудшений в погоде, в условиях труда, не было никаких вспышек болезней.

В конце концов, получалось, что телесно-душевный упадок зависел от духовного руководства, но в этой духовной установке человек был свободен! Уложив человека в лагерь, можно было отобрать у него все до очков и ремня, но у него оставалась эта свобода, и он оставался у него буквально до последнего мгновения, до последнего дыхания. Это была свобода настроиться так или иначе, и это так или иначе было, и все время были те, которым удавалось подавить в себе возбуждение и победить свою апатию. Это были люди, которые шли сквозь бараки и маршировали в строю, и у них было для товарища доброе слово и последний кусок хлеба. Они были свидетельством того, что никогда нельзя сказать, что сделает лагерь с человеком: превратится ли человек в типичного лагеря или все-таки даже в таком сжатом положении, в этой экстремальной пограничной ситуации останется человеком. Каждый раз он решает сам.

Фрейд считает, что если морить голодом разных людей, то отличия их скоро сотрутся, и все их мысли и действия будут направлены только на утоление своего голода. Он говорил: “Давайте попробуем поставить несколько самых разных людей в одинаковые условия голода. С ростом голода все индивидуальные отличия сотрутся, и вместо них появится однообразное выражение неуемного побуждения”.

Счастье – наш выбор. Это не значит, что обстоятельства не играют роли. Но мы можем выбирать, как к ним относиться, как чувствовать себя и действовать. Найти в себе силы, чтобы двигаться дальше, найти смысл в жизни, найти способы решения проблем, замечать хорошо, отпустить злобу и ненависть, радоваться, улыбаться, приносить добро, помогать другим – это выбор только наш, который никто не может отнять.

Во время войны, утраты, болезни и неопределенности естественны страх, гнев, онемение, горе и краткие моменты облегчения. Требование «оставаться счастливым» добавляет стыд.

Иногда достаточная цель — сон, еда, вода, лекарства, безопасное место, контакт и одно следующее действие. Малый ресурс не отрицает масштаб боли.

Смех, тепло, творчество или благодарность не означают предательство утраченного и не доказывают завершение кризиса.

«Разговор с собой» помогает замечать базовые потребности, но не заменяет кризисную, медицинскую или психотерапевтическую помощь.