Любовь как искусство: от ожиданий к близости

Первые недели они могли разговаривать до трёх ночи. Обоим нравилось ходить пешком, смеяться над одними и теми же глупостями и внезапно уезжать за город. Через год она хотела провести субботу вместе, а он собирался к друзьям. «Раньше ты сам этого хотел», — сказала она. Он услышал требование отказаться от своей жизни. Она услышала, что больше не нужна. Выходные ещё не начались, а каждый уже защищался от того, чего другой не говорил.

В такой ссоре легко вспомнить «вторую половинку»: если бы человек был действительно моим, он понимал бы меня без объяснений. Представление о любви как искусстве предлагает присмотреться к тому, что происходит после первого восторга. Умеем ли мы проверять догадки, просить, слышать отказ и интересоваться человеком, который оказался сложнее наших ожиданий?

В платоновском «Пире» Аристофан рассказывает миф о некогда целостных существах, которых Зевс разделил пополам. В этом рассказе было три вида первоначальных людей, поэтому пересказ только о мужском и женском начале сужает его смысл. Историю можно прочитать в переводе диалога. Это образ человеческой тоски по близости, а не доказательство того, что где-то существует единственный предназначенный нам человек.

Образ привлекателен: кто-то придёт, и рядом с ним наконец станет спокойно. Иногда за этим стоит обычное желание поддержки. Иногда мы надеемся, что партнёр всегда будет угадывать настроение, никогда не разочарует и вернёт чувство безопасности, которого раньше не хватало. Одного желания близости недостаточно, чтобы делать вывод о детской травме или поиске матери либо отца.

Разницу можно заметить в ожиданиях. «Обними меня, сегодня было тяжело» оставляет место для ответа. «Если бы ты любил, я бы никогда не чувствовала себя одинокой» возлагает на другого человека задачу, которую он не способен выполнять постоянно. Даже в хороших отношениях бывают усталость, непонимание и моменты отдельности.

Карл Юнг описывал внутренние образы, способные влиять на восприятие других. Анима и анимус относятся к историческому языку его аналитической психологии; современный обзор этих понятий есть на сайте Международной ассоциации аналитической психологии. Эта модель не устанавливает, как обязательно устроены все мужчины, женщины или все влюблённые пары.

В повседневности проекция может выглядеть проще теории. Человек внимательно слушал на свидании, и мы уже представили, что он всегда будет терпеливым. Он легко тратил деньги в отпуске, и мы решили, что так же относится к общему бюджету. Наблюдение было настоящим; вывод обо всём будущем мы добавили сами.

Полезно спросить себя: что я действительно знаю, о чём мы договорились, а что мне очень хотелось предположить? Это не призыв подозревать каждое приятное мгновение. Так мы даём знакомству продолжиться после того, как мысленно уже написали за двоих целую биографию.

Несовпадение ожиданий может вызывать злость и желание вернуть всё, как было. Однако нет оснований объявлять каждой паре неизбежную борьбу за власть или утверждать, что большинство расходится именно на этом этапе. Люди могут постепенно договариваться, отдаляться, снова сближаться или решать, что их планы несовместимы. Номер стадии мало поможет понять конкретную субботнюю ссору.

Карен Хорни писала о тревожной, невротической потребности в любви. Этот исторический подход может стать поводом заметить требование постоянных заверений, ревность или попытку заслужить расположение любой ценой. По одной реакции не стоит называть человека «невротиком», неспособным давать. За настойчивой просьбой иногда стоит тревога; иногда — опыт нарушенных договорённостей, действительно требующий ответа.

В нашей субботней истории можно уточнить: «Когда ты сказал про друзей, я решила, что время вместе для тебя уже неважно. Мы ведь не договаривались на эту субботу. Когда ты хочешь побыть вместе?» В ответ он может объяснить, что встреча запланирована давно, и предложить воскресенье. Она может остаться расстроенной. Договорённость не обязывает обоих сразу почувствовать одинаковое облегчение.

Попробуем разобрать короткое мгновение перед упрёком. Факт: партнёр не отвечал два часа. Ощущение: сжимает грудь, хочется перечитывать чат. Мысль: «Ему всё равно». Потребность: знать, когда можно поговорить. Пока эти вещи слиты, обвинение кажется точным описанием событий. Когда мы их различили, появляется конкретная просьба: «Если занят до вечера, напиши коротко, пожалуйста».

При этом старая боль и сегодняшняя проблема могут существовать одновременно. Собственная чувствительность не отменяет того, что кто-то систематически исчезает после обещания позвонить. Стоит проверять и свои предположения, и поведение партнёра. Работа над собой не означает искать причину каждой обиды только внутри себя.

Если разговор уже перешёл в крик, можно согласовать паузу и время возвращения: «Я сейчас говорю резко. Мне нужно полчаса; вернёмся к этому в восемь». Пауза становится понятнее, когда другой знает, что вопрос не брошен. При угрозах, унижении или принуждении прежде всего нужны безопасность и поддержка, а не более убедительная формулировка чувств.

Эрих Фромм в «Искусстве любить» рассматривал способность любить как то, что требует внимания и практики. Сравнение с живописью здесь уместно: удачная кисть важна, но сама по себе не научит видеть цвет. Вместе с тем навыки одного художника не могут создать взаимность за двоих.

Четыре известные темы Фромма — забота, ответственность, уважение и знание другого — можно проверять на простых поступках. Условные примеры ниже являются нашим пояснением для повседневной жизни, а не дословным перечнем его советов.

Забота начинается с интереса к тому, что человеку действительно помогает. Принести ужин после тяжёлого дня бывает уместно. Заказать за него еду, которую он не любит, и обидеться на отказ — уже другая история. Ответственность можно увидеть в готовности выполнить обещанное или вовремя сказать, что не получается, вместо того чтобы ждать, пока другой снова всё подхватит.

Уважение оставляет место для отдельного желания. Партнёр может любить нас и не хотеть ехать в гости именно сегодня. Знание другого требует обновления: спрашивать о нынешних планах и переживаниях, вместо того чтобы ссылаться только на то, каким человек был пять лет назад. Даже в длительных отношениях есть о чём знакомиться заново.

Отто Кернберг также исследовал любовные отношения, в частности взаимодействие нынешней близости и предыдущего опыта; его подход представлен в книге Love Relations. Не стоит складывать его взгляды с фроммовскими в один якобы общий тест зрелости. Для собственного наблюдения можно оставить несколько отдельных вопросов.

Можно ли признать ошибку без ожидания унижения? Принимается ли помощь без пожизненного долга благодарности? Разрешено ли любить по-разному, не превращая различие в доказательство равнодушия? Сохраняется ли интерес к человеку, когда меняются его тело, здоровье, работа или привычный темп жизни?

Постоянство не означает обязанности сохранять любые отношения. Оно может проявляться в том, что после неудобного разговора договорённость не исчезает следующим утром. А доверие растёт там, где за словами можно увидеть повторяющиеся поступки. Решение завершить отношения из-за несовместимости тоже не доказывает, что люди не научились любить.

Возьмите одну недавнюю ситуацию, которую достаточно спокойно вспоминать. Запишите, что именно произошло, без объяснения чужих мотивов. Следующим абзацем — что вы подумали о себе и партнёре. Рядом отметьте, что из этого вам известно, а что стоит уточнить. Так фраза «ты никогда меня не выбираешь» может превратиться в описание двух отменённых встреч и вопрос о ближайших планах.

Дальше назовите чувства и одну посильную просьбу. Оставьте место для другого ответа: что вы готовы обсудить, а с чем не согласитесь? После разговора вернитесь к записи. Появилась ли новая информация, была ли услышана просьба, произошло ли условленное действие? Запись помогает увидеть движение, не выставляя паре оценку за зрелость.

Для таких наблюдений можно использовать дневник эмоционального интеллекта MriyaRun. Он даёт место для записей о чувствах, ожиданиях и разговорах; сам дневник не обеспечивает взаимности и не заменяет помощи специалиста, если она нужна. Подробнее о проекте — на mriya.run.

В начале знакомства мы многого ещё не знаем. Позже есть возможность заметить, можем ли мы уточнять, признавать неудобное и менять договорённости. Близость требует участия обоих: собственная внимательность важна, но не даёт власти над чужим выбором.

Принца на белом коне мы по-прежнему не обещаем — лошади дороги в содержании. И никто не выдаст справку, что после одной статьи уже не потянет позвонить бывшим в два часа ночи. Возможно, в следующий раз между желанием и звонком хватит времени спросить себя: чего я сейчас ищу и о чём на самом деле хочу поговорить?

Платон, «Пир», речь Аристофана; обзор понятий анимы и анимуса, IAAP; Эрих Фромм, «Искусство любить» (1956); Карен Хорни, «Невротическая личность нашего времени» (1937); Отто Кернберг, Love Relations. Это разные авторские подходы, помогающие ставить вопросы об отношениях, а не устанавливающие для каждой пары одинаковый маршрут.